Публикация

Министерство финансов «жульничает», ФРС «притворяется спящей»: происходит передача власти 19 августа Бесент сделал то, на что ФРС не решалась — напрямую удержал доходность 30-летних облигаций на уровне 5,33%. Это не QE, но опаснее QE. Сначала посмотрим, что произошло. 18 августа доходность 30-летних казначейских облигаций США взлетела до 5,337% — максимума с 2007 года. Впервые за 19 лет американцам приходится платить более 5,3% годовых за 30-летние займы. Государственный долг США только что превысил 40 триллионов долларов. Расходы на проценты уже превысили расходы на медицинское страхование и стали второй по величине статьей федеральных расходов после социального обеспечения. Что значит ставка 5,3%? Это значит, что за каждые 100 долларов долга в год приходится платить 5,3 доллара только процентов. Рынок облигаций выходит из-под контроля. Тогда вмешался Бесент. Министерство финансов внезапно объявило: лимит однократного выкупа казначейских облигаций с 10 до 30 лет удваивается с 2 до минимум 4 миллиардов долларов. Обратите внимание на несколько деталей: Во-первых, всего две недели назад Министерство финансов опубликовало квартальный отчет о рефинансировании. Это было внеплановое экстренное вмешательство. Во-вторых, 30 июля Министерство уже увеличило общий объем квартальных выкупов с 30 до 38 миллиардов долларов. Это не единичный случай, а последовательное наращивание давления. В-третьих, после объявления доходность 30-летних облигаций мгновенно упала почти на 10 базисных пунктов — с 5,33% до 5,18%. Индекс доллара показал самое большое падение за три месяца. Золото резко выросло на 4%. Фьючерсы на американские акции повсеместно выросли. Уолл-стрит называет это — «скрытая операция по изменению кривой» (OT). Что такое OT? Операция по изменению кривой. ФРС делала это в 2011 году — продавала краткосрочные облигации и покупала долгосрочные, искусственно снижая доходность на длинном конце. Но на этот раз это не ФРС, а Министерство финансов. Стратег Deutsche Bank Джордж Саравелос сказал: «Пришла операция по изменению кривой». Он назвал это «мягким финансовым подавлением». Бесент использует комбинацию «выпуска краткосрочных облигаций и выкупа долгосрочных». Выпуская больше краткосрочных казначейских векселей для привлечения средств и выкупая старые долгосрочные облигации, он искусственно снижает доходность на длинном конце, обходя ФРС. Инвестиционная компания NISA оценила это прямо: «Бесент принял агрессивную стратегию выпуска госдолга». Проще говоря: он вышел на поле боя лично. Вопрос — кто это делает? ФРС постоянно говорит: «Рост рыночной доходности выполняет за нас работу по ужесточению». 29 июля Уош говорил, что надеется, что рынок облигаций передаст «чистый рыночный сигнал» для ориентира политики. Но Бесент одним ударом разрушил этот сигнал. ФРС рада росту ставок для сдерживания инфляции. Министерство финансов напрямую удерживает ставки, чтобы снизить стоимость заимствований. Один тянет вверх, другой — вниз. Направления полностью противоположны. Старший инвестиционный менеджер Wilmington Trust сказал прямо: «У Уоша сейчас очень неловкое положение». Еще жестче: «ФРС и Министерство финансов фактически тянут в противоположные стороны. Я считаю, что это заставит ФРС — у которой, в конце концов, больше инструментов — более резко корректировать федеральную ставку». Что это значит? Министерство снижает доходность на длинном конце, стимулируя экономику и усиливая инфляцию. Если ФРС не хочет потерять контроль над инфляцией, ей придется агрессивнее повышать ставки. Один давит на газ, другой вынужден нажимать на тормоз. Это не сотрудничество, а взаимное подрывание. Многие зарубежные СМИ уже предупреждают: любое вмешательство в спрос может быть воспринято рынком как признак утраты независимости ФРС. Главный экономист RSM Джозеф Бруселас: «Мы медленно движемся к тому, что популистская логика заставит центральный банк поддерживать фискальные цели». Это в десять тысяч раз страшнее повышения ставок. Повышение ставок — это монетарная политика. Министерство финансов напрямую покупает облигации — это передача власти. Когда рынок начинает сомневаться, сможет ли ФРС по-прежнему самостоятельно контролировать ставки, как изменится логика ценообразования BTC? За последний год BTC упал на 46%, золото выросло на 33%. При той же доходности 5,3% по госдолгам золото растет, биткоин падает. История «цифрового золота» временно не работает перед лицом безрисковой ставки в 5,3%. Но теперь сценарий меняется. Министерство финансов лично удерживает ставки — доллар падает, золото резко растет, BTC отскакивает. В краткосрочной перспективе это позитив. Ожидания ликвидности улучшаются. А в долгосрочной? Когда Министерство финансов и ФРС начинают конфликтовать, когда независимость монетарной политики начинает шататься, когда «правила» уступают место «вмешательству» — что именно оценивает ваш BTC? Редкость «цифрового золота»? Или опцион на крах кредитного доверия фиатной системы? 19 августа доходность госдолгов упала на 10 базисных пунктов. Кто-то радуется: «Рынок спасен». Но настоящий вопрос — кто спасет того, кто спасает рынок? Это не сигнал о начале смягчения. Это сигнал об утрате доверия. $BTC $ETH $XAU #美财政部扩大长债回购，30年美债高位回落